— Можно ли было заканчивать игру против «БГПУ-Урал» в основное время, не доводя до тай-брейка?
— Возможно, но мы сегодня поставили экспериментальный состав, дали поиграть капитану Кобилеву, а лидеров Гаврилова и Тертышникова держали на скамейке. Побеждать в основное время можно было, но хотелось выиграть именно этим составом. Да, были проблемные места, но уфимцы старше нас — там ребята 1989 года рождения, а у нас 1994-го. И нам важно было доказать, что мы можем побеждать и молодыми. Нам ценны не только шесть человек, а все 12, которые есть в команде. Мы хотим, чтобы они добавляли, а потом стали спортсменами.
Конечно, если бы мы предприняли кардинальные шаги, поставили Тертышникова и Гаврилова, то могли и быстрее победить. Но четвертую партию мы должны были выигрывать и этим составом, но немного не получилось. Сначала неудачно Жось отпасовал, упростил игру, хотя можно было играть по-другому, до этого же все складывалось нормально. Но опять же, юность. В четвертой партии ребята начали улыбаться, заранее подумали, что уже выиграли, а ведь победы еще не было в активе. Но это тоже опыт и через такие игры они его получают. Результатом команды я доволен, мы прошли в финальный этап.
— В финале таких экспериментов позволять себе не будете?
— Конечно. Там такая история. Нам надо попасть в пятерку, чтобы принять участие в Кубке России. Конечно, будем биться. В принципе, в игре нашей команды есть положительная динамика. Мы с каждым туром набирали все больше и больше очков: в первом — семь, во втором — восемь, потом девять и сейчас одиннадцать. Причем хорошо, что добавляет не один человек, а многие.
— Какая задача ставилась команде перед стартом турнира — выход в финальную часть или какое-то определенное место?
— Нужно было выйти в финальную часть, хотя, это объективно тяжело. Мы обыграли Ярославль, за который играет шесть чемпионов мира 1991 года рождения, обыграли Свердловск, где тоже ребята 1991 года. Мы по возрасту — 11-я команда, только «Факел» нас моложе. Зато по росту — мы самая высокая команда лиги.
— Реально ли зацепиться за медали на финальном этапе?
— Посмотрим, кого нам будут давать соперникам. Просто задача нашей команды — чтобы росли свои игроки, а другие клубы подтягивают более взрослых волейболистов. За «Белогорье», к примеру, играл Жигалов. Но у нас задача — воспитание ребят для клубной работы и мне кажется такой подход более правильным. У нас в команде есть ребята, которые на этой площадке будут играть за «Локо». Я на это надеюсь.
— Что вообще скажете о турнире Молодежная волейбольная лига?
— То, что эта лига нужна — это 100%. То, что она сохранится в следующем году — точно. Может, будут небольшие изменения, введут возрастной ценз (сейчас могут быть заявлены игроки до 23 лет и три любых), но в целом лига нужна. Это наше подрастающее поколение, это люди, которые будут играть за юниорские сборные страны и именно здесь они проходят отбор. Не будь молодежной лиги, ребята либо сидели бы на скамейках в больших командах, либо играли бы в Высшей лиге Б, а это другое. Здесь все серьезнее.
— Американские молодежные соревнования славятся тем, что собирают полные залы зрителей. Реально ли нам на такие турниры, как Молодежная волейбольная лига, собирать болельщиков?
— Нужно многое перестроить. Во-первых, проводить эти матчи надо в больших залах. Потому что в Новосибирске мы играли на главной арене, а вот в других городах — в тренировочных залах. Во-вторых, нужна рекламная компания.
Нужно пересмотреть подход к Молодежной волейбольной лиге, и она будет развиваться. Вы же знаете, что первенство вузов по баскетболу в США собирает полные залы, хотя это не НБА. И у нас нужно к этому стремиться. В этих турнирах есть на кого посмотреть, есть люди, которые потом будут большими спортсменами.
Также можете ознакомиться с полной версией интервью.